В восемьдесят девятом году, после Всесоюзного конкурса артистов эстрады разговорного жанра, я, как и все лауреаты, получил несколько приглашений на гастроли, причем в разные регионы Советского Союза. Нужно было выбирать, и я выбрал Литву. Там познакомился с кинорежиссером. Маркус его зовут. Они уже тогда пытались делать мыльные оперы, и он меня пригласил на съемки многосерийного фильма "Хозяйка черной пантеры". Роль эпизодическая - русского актера, естественно, негодяя, который совращает девушку-горничную в гостинице. И после этого уезжает. Двадцать серий она живет и страдает, становится хозяйкой публичного дома, а через двадцать серий и столько же лет я приезжаю, мы с ней встречаемся, я ее не узнаю, и у нас опять происходит любовь.

Съемки проходили в Каунасе. В это же время у меня было там много концертов, в основном на выезде, и в гостиницу я попадал часа в два ночи. Ложился около трех. И вот как-то дали нам съемочный павильон на семь утра. Прихожу. Загримировали нас с партнершей по пояс: как раз предполагалось снимать постельную сцену. В общем, уложили нас в постель, говорят: "Сейчас свет установим и начнем, полежите". А там холодно. Я под одеяло залез, прижался к партнерше и уснул. Проснулся через час. Они, как люди гуманные, будить меня не стали: поняли, что устал человек. Но Марта, партнерша, так на меня обиделась! "Ты, - говорит, - первый мужчина, который лег со Мной в постель и уснул. Я от обиды даже текст забыла. Как в таком состоянии сниматься? Тоже мне супермен-соблазнитель..."

Я, конечно, оправдывался, как мог. Сказал, что если б это была настоящая постель, я бы ни за что не уснул. А кинопостель - это разве постель? Один сплошной обман. Как, впрочем, и весь кинематограф.

В восемьдесят девятом году, после Всесоюзного конкурса артистов эстрады разговорного жанра, я, как и все лауреаты, получил несколько приглашений на гастроли, причем в разные регионы Советского Союза. Нужно было выбирать, и я выбрал Литву. Там познакомился с кинорежиссером. Маркус его зовут. Они уже тогда пытались делать мыльные оперы, и он меня пригласил на съемки многосерийного фильма "Хозяйка черной пантеры". Роль эпизодическая - русского актера, естественно, негодяя, который совращает девушку-горничную в гостинице. И после этого уезжает. Двадцать серий она живет и страдает, становится хозяйкой публичного дома, а через двадцать серий и столько же лет я приезжаю, мы с ней встречаемся, я ее не узнаю, и у нас опять происходит любовь.

Съемки проходили в Каунасе. В это же время у меня было там много концертов, в основном на выезде, и в гостиницу я попадал часа в два ночи. Ложился около трех. И вот как-то дали нам съемочный павильон на семь утра. Прихожу. Загримировали нас с партнершей по пояс: как раз предполагалось снимать постельную сцену. В общем, уложили нас в постель, говорят: "Сейчас свет установим и начнем, полежите". А там холодно. Я под одеяло залез, прижался к партнерше и уснул. Проснулся через час. Они, как люди гуманные, будить меня не стали: поняли, что устал человек. Но Марта, партнерша, так на меня обиделась! "Ты, - говорит, - первый мужчина, который лег со Мной в постель и уснул. Я от обиды даже текст забыла. Как в таком состоянии сниматься? Тоже мне супермен-соблазнитель..."

Я, конечно, оправдывался, как мог. Сказал, что если б это была настоящая постель, я бы ни за что не уснул. А кинопостель - это разве постель? Один сплошной обман. Как, впрочем, и весь кинематограф.